Благодарю всех, кто читает, слушает, поддерживает.

Глава 1. Комната. "Первое Солнце Шестой Воды" - Александра Барвицкая

(Метафизический роман-проекция из серии "Женьшеневая Женщина")
Автор: Александра Барвицкая


ПОБЛАГОДАРИТЬ АВТОРА

ПЕРВОЕ СОЛНЦЕ ШЕСТОЙ ВОДЫ 
КНИГА ПЕРВАЯ. НЕБИС
ЧАСТЬ I. ПРИРОДАХ

Глава 1. Комната

- Кто вы? — спросил он.
- Вселенная, — ответила она.
- Моя, — подхватило эхо комнаты…
- Sui generis, — уточнила она.

Комната была ослепительно бела.

Снежно-мучные стены, пол, потолок, и даже сам воздух, излучали свет, мерно выливая его из потаённых карманов и пазух в скованное бетонными панелями чрево кубического пространства комнаты.

Окно — рамой стражника — отделяло свет от тьмы, зашторенной крепкой настойкой плотного тумана. За окном едва пробивались искусственные электрические тычинки, тщетно расстреливающие мрак из изогнутых маковых головок фонарных столбов, выстроенных вдоль улицы двумя прицельными рядами.

Ночь, давившая всей тучностью своего веса на сопротивляющийся город, виделась в сравнении с нутром жилища совершенно сажистой. Но даже эта приговорённая к расстрелу беззвёздная дыра бездны, зажатая в белый контур оконной рамы, не могла запачкать угольной пылью тьмы выстиранное отбеливателем полотно маленькой комнаты в три на три метра.

Комната была ослепительно бела, и наполнена.

В ней не было ни стула, ни стола, ни кровати, ни шкафа, ни картин, ни зеркал, ни комода, ни канделябров, ни так любимых хозяйкой комнаты книжных полок и даже самих книг.
В белой комнате не было ничего рукотворного, кроме устремлённых прямо друг в друга двух входов-выходов: двери и окна с длинной ступенькой подоконника, отделявшего разбухающий светом внутренний мир комнаты от затягивающего в неизведанное, которое широким зрачком ночи заглядывало сюда извне.

Комната была ослепительно бела.
И полна.

В комнате находились двое: хрупкая женщина и высокий, крепкого телосложения мужчина лет тридцати пяти.

Её скулы и по-детски зажатые плечи были прикрыты вьющимися рыжеватыми волосами. Они оттеняли тонкие черты лица, алое пятно пламени между бровей и рассеянный, растекающийся по клеткам, направленный внутрь себя взгляд.

У него были цепкие, будто знающие далеко наперёд, не по годам мудрые, глубоко посаженые карие глаза. Каштановые волосы чуть спадали на высокий лоб, расчерченный тремя горизонтальными линиями рано обозначившихся морщин. Такие бывают у людей, чей мозг работает куда чаще и напряжённее, чем руки. Впрочем, и ладони этого мужчины, как и всё остальное, были наполнены мужской красотой уверенности и спокойной силы.

Она - наспех одета в наброшенный на голое тело шёлковый сарафан, открывающий бледные, давно не видавшие солнечного света худенькие руки и босые ноги с заострившимися коленями.
На нём — лёгкий плащ поверх чёрного костюма тончайшей шерсти и классические замшевые туфли ручной работы, выдававшие в их хозяине человека вне толпы, вряд ли пользующегося общественным транспортом.

Она, поджав ноги к груди, сидела на подоконнике - на стыке светлой материи комнаты и тёмной материи ночи.
Он смущённо стоял в самом ярком пучке света - в центре комнаты.

Давно не запиравшаяся дверь квартиры, со сломанной ручкой и вывороченной в стальные лохмотья замочной скважиной, глухо постукивала от гулявшего сквозняка.

Некоторое время назад, когда мужчина только вошёл сюда, в его руках, упрятанных в тонкие тёмно-коричневые кожаные перчатки, был небольшой кейс из дорогой, в тон перчаткам, кожи с бронзовой инкрустацией по углам, на ремешках и кодовом щипце-замочке.
В кейсе хранилось что-то ценное, но сейчас этот мини-чемоданчик заботливо пристроился у двери, силясь подпереть её своим недюжинным весом от брожения воздуха.

Дверь квартиры, которую нынче охранял кейс, открывала вход в маленькую прихожую, что через пару шагов упиралась в распахнутую настежь дверь комнаты, в которой и находились эти двое.

- Как вы сюда вошли? — спокойно спросила хозяйка, не глядя на появившегося в комнате незваного гостя.
- У вас не заперта дверь, — ответил мужчина, теребя снятые перчатки.

Они ему явно мешали. Не обнаружив в этом жилище никаких признаков мебели, он не решался положить перчатки на подоконник, чтобы тем самым не нарушить установленный здесь негласный, но зримо звучавший отовсюду, закон отсутствия физической материи.

- Удивительно, — произнесла она. — С тех пор, как дверь не замыкается, в неё никто не пытался войти. Даже воздух.

Гость оглянулся на стальное полотно массивной сейфовой двери с крупным рвано-сквозным зияющим глазом вместо замка, который, словно приглядывая за хозяйкой, располагался на линии, уходящей в центр подоконника, где и находились сейчас пальцы её босых ног.

- Когда начинаешь передвигаться в пространстве и времени без помощи тела, необходимость в обуви отпадает, — пояснила она, почувствовав взгляд гостя, переместившийся с двери — на её неловко поджатые ступни.
- Я не говорил, что вошёл в дверь, — произнёс мужчина, расстёгивая набрякший от влажности ночного города плащ. — Но… ведь она всегда открыта?
- Здесь нечего прятать. И некого. А даже, если бы и было… Говорят, если хочешь спрятать главное - положи это на самом видном месте. С тех пор, как главным стало всё, меня перестали замечать.

Она приблизила губы к стеклу, сделала глубокий выдох и нарисовала на запотевшем месте тройное плетение знака бесконечности.

- Мне показалось, или вы действительно кого-то ждали? – спросил мужчина.

Он тщательно сдерживал давно рвущуюся наружу радость, но всё же, она раздвинула шторку век и сумела выскользнуть из-под ресниц.
Однако женщина так и не поднимала взгляда, а потому не видела: ни лица гостя, ни улыбки, промелькнувшей в его глазах.

- Почему мне не нравятся глаголы прошедшего времени? — вопросом ответила она, говоря скорее сама с собой, чем с неожиданно возникшим в её мире незнакомцем. — Ждала, любила, верила, жила, была, росла… Нет, это неправильные глаголы. Ни прошлого, ни будущего — нет. Есть только настоящее. Да и оно — зыбкое и невесомое, как воздух… Мы вдыхаем его, и он - наше настоящее. Выдыхаем — и вот уже прошлое. Готовимся к новому вдоху — входим в будущее, которое в ту же секунду уже становится настоящим, а через доли секунды — прошлым… Настоящее — лишь мгновение между вдохом и выдохом. Наше настоящее — это только тот воздух, который сейчас внутри нас. Не более, и не менее.
- Значит, я не ошибся, — продолжал гость, потирая переносицу, чтобы спрятать невольно выдававшие его глаза. — Всё-таки ждёте.
- Жду. Но, тот, кого я жду, не придёт.
- Не придёт? Вы уверены? — и глаза его блеснули озорством.
- Через эту дверь — не придёт точно. Это слишком лёгкий путь. Не для таких, как он.

Она не знала, как именно может прийти тот, кого она ждала. Тысячи раз представляла себе детали их встречи: первый разговор после долгой паузы разлуки, звук его плотного серебряного голоса, который, казалось, давно забыла... Но никогда не могла заглянуть в тот спрятанный на его груди карман будущего, где хранился самый первый кадр из архивной киноплёнки его возвращения.
На какой ступеньке лестницы он будет в то время? И поднимется ли на ступеньку к ней, или спустится на её ступеньку вниз, или сделает ровный шаг вперёд…

- И долго? — нарушил гость ход её мыслей.
- Что?
- Ждёте, — уточнил он.
- Немало, — ответила она, и сделала глубокий вдох, перед тем, как решилась спросить тревожное. — Зачем вы здесь?
Он смутился:
- Хотите, чтобы ушёл?
- Нет, останьтесь. Я давно не говорила с людьми.

Она действительно не говорила с людьми с тех пор, как попала в этот коридор времени, из которого уже не могла найти выход сама.
Множество голосов, сливаясь в мегагерцы производимого человечеством шума, пыталось пробиться к ней через обрубленные провода, отключенный телефон и наглухо запертый почтовый ящик. И те звуконепроницаемые стены, которые она сама воздвигла вокруг себя, отражали и ослепляли, обезоруживая, весь шедший извне шум. Как зеркало отражает солнечные лучи, удваивая силу света в момент преломления от напылённого на стекло серебра.

Вначале этот разноголосый хор ежеминутно рвался внутрь. Стучался! Кричал! И каждый голос нёс свою вибрацию, свою мелодию, которая нарушила бы ту космическую симфонию вселенной, что уже начинала звучать в её тишине.
Потом голоса сделались реже и тише. А затем и вовсе замолчали.

Прозрачная тишина, поселившаяся здесь, стала зримой и ясной, как нетронутая человеком живая природа.
И только ответный голос того, кто смог бы открыть в шуме внешнего мира шлюз для прохода её тишины: вывести её из этой комнаты, не выводя из её мира, - она пыталась бережно модулировать в те бесчисленные часы, когда молча говорила с ним внутри себя.

- Вам не с кем было говорить? — спросил он.
- У меня не было желания говорить с людьми.
- А сейчас?
- И сейчас нет, — она закрыла глаза, и опять спросила тревожное. — Кто вас прислал?

Она давно была готова: однажды сюда могут попытаться войти те, кто ничего не понимает, или наоборот - понимает слишком многое. И тогда они постараются упрятать её в стенах, за которыми прорывается шум, изрыгающийся хаотичным фонтаном из потревоженных душ и взрывающий клапан неподготовленного приёмника, упаковывая перфорированное сознание в видимость лишённого ума.
Но тот, кто стоял сейчас в её комнате, не был одним из них. Такого бы она почувствовала сразу - по запаху и звериным повадкам охотника-людоеда.

Она не боялась быть пойманной и посаженной в клетку. Она научилась выходить за любые границы.
Тревожило иное: что у неё, возможно, пока не хватит сил вытащить оттуда, из оков границ, многих несчастных и невинных, неправильно открытых. А потому, пока в ней самой не пребудет сила, которой можно будет безгранично делиться, ей нельзя было попадать туда, где она не смогла бы помочь всем, нуждающимся в помощи.
Страдание — беспомощно. А страдание падающего в пропасть ничуть не меньше страдания того, кто рвётся помочь, но не имеет на это сил.

- Я похож на того, кого можно прислать? — вопросом ответил мужчина, и досадно поморщился, не понимая до конца, играет ли она с ним, или действительно не может либо не хочет узнать. — Никогда не полагал, что меня примут за посыльного.
- Нет. Напротив, в вас есть что-то… от того, кого я жду. Вы похожи на него.
- Отчего вы решили, что мы похожи? — искренне удивился гость, помня, что она так ни разу и не взглянула на него.
- Для того чтобы видеть, мне не надо глаз, — ответила она так, будто услышала его мысль. — Но именно того, кого я жду, мне видеть труднее всего.
- Почему?
- Он внутри меня, — она окинула комнату взглядом, так и не поднимая глаз на гостя, боясь разрушить едва начавшую созревать надежду, которую тут же отогнала в сторону.

«Нет, это — не он. Он не пришёл бы так тихо» — успокоила она себя, а вслух добавила:
- Подойдите к окну. Помолчите со мной. Я хочу понять, что в вас общего…

Читать дальше: Следующая глава

© Copyright: Александра Барвицкая . Метафизический роман-проекция "Первое Солнце Шестой Воды" - первая книга серии "Женьшеневая Женщина"

ПЕРЕЙТИ К ОГЛАВЛЕНИЮ

ВНИМАНИЕ! Любая перепечатка текста в интернете запрещена. Роман можно читать в интернете только на сайте a-barvitskaya.ru. При цитировании, указание имени автора, наименование произведения и ссылки на сайт a-barvitskaya.ru обязательны.
16 + 0 -

Добавить комментарий

Комментариев 1

  1. Офлайн
    Аяна
    Аяна 23 декабря 2020 21:50
    Ни прошлого, ни будущего — нет. Есть только настоящее. Да и оно — зыбкое и невесомое, как воздух…

    Настоящее — лишь мгновение между вдохом и выдохом. 


    ДА! ДА! ДА!

    ...
    "За каждой буквой -
    километры... "
    "За каждой строчкой
    гигабайты..."
    Александра Барвицкая
    стереочтение

    делюсь
    частью услышанного...
    кому интересно:

    Тотальное присутствие
    в настоящем  (подлинном)...
    в настоящем моменте: 
    это:
     - максимальная осознанность, 

     - внимание, максимально
    сосредоточено (точка, точно...),

    (со средой точно -
    (со средой, в которой находишься...
    значит быть единым со всем, со всеми, с жизнью....)

     - (внимание)
    сконЦЕНТРировано  ( кон -центр - три - ровно ( рАвно)
    в центре трёх... -  бог!
    мысль + слово + действие. -
    действие - (то, что про- из (изнутри)- ходит...
    про - из -ХОДИТ
    -ходит, потому что живое,
    одухотворённое действие,
    а не придуманная отсебятина -
    от- себя (я-эго- хотения) - тина),
    (пау-тина, боло-тина, ско--тина...)

    Живая Тишина не зависит от шума,
    производимого кем-то или чем-то....

    Живая Тишина - внутри!

    Живая Тишина -
    это
    пространство!!!
    из которого 
    рождается, происходит всё настоящее
    (подлинное, не фальшивое, живое...)

    Без пространства (когда нет места свободного) -
    что войдёт?
    что новое может родиться?...
    (разве что то, те, кто утилизирует помойку свалку...
    "служба спасения"...)

    Пространство необходимо,
    чтобы развернуться...
    идея...
    цветок...
    Жизнь...

    В пространстве Тишины - 
    все ответы...
    Свет...

    Настоящее — лишь мгновение между вдохом и выдохом. 


    А кто дышит в тебе?...
    "я"?
    тогда вопрос:
    сколько вдохов и выдохов 
    заслужили внимание?
    ... ага..
    и это только наблюдать...
    А дышать?..
    ...
    ... улыбаюсь,
    просто для понимания... 
    не я...
    ...
    " прошлое" ..." будущее"...-
    тень, сжирающая день и ...
    не побрезгует сожрать... -
    ... да... если...

    " прошлое" ..." будущее"...
    иллюзия! -
    продукт ума...
    "я"...

    одной ногой вязнем в  болоте - "прошлое",
    другой - зацеплены за крюк - "будущее"

    и делают с такими баранами бараноголовыми -
    что хотят...
    (как обвинить:
    бараны сами выбрали такую позу...)

    стригут... доят... зажаривают и коптят...
    ... и очень "любят"...

    кому сказанное  не нравится? -
    а в чём разница?
    если шашлык любите...или...
    кого губите?...
    ...
    "прошлое" ..." будущее"... -
    иллюзия - Да!..
    но результат?..
    для кого иллюзорный?..

    и вся эта  "конструкция"
    имеет одну!
    козырную кнопку -
    "СТРАХ" ...
    в умах...

    свободный выбор:

    можешь выключить...


    Есть только настоящее. 

     А - к - СИ - ОМ - А!!!


Тексты Александры Барвицкой открыты для свободного чтения в Онлайн-Библиотеке автора на сайте a-barvitskaya.ru.
С 2021 года печатные книги А. Барвицкой направятся в дар библиотекам России.
Поддержать печать книг для библиотек