Благодарю всех, кто читает, слушает, поддерживает.

Глава 9. Окно. "Первое Солнце Шестой Воды" - Александра Барвицкая

(Метафизический роман-проекция из серии "Женьшеневая Женщина")
Автор: Александра Барвицкая


ПОБЛАГОДАРИТЬ АВТОРА

ПЕРВОЕ СОЛНЦЕ ШЕСТОЙ ВОДЫ 
КНИГА ПЕРВАЯ. НЕБИС
ЧАСТЬ I. ПРИРОДАХ

Глава 9. Окно

- Алиша! Расскажите о нём, - потребовал он.
- Что мне сказать о том, о ком я ничего не знаю? – совершенно не удивляясь ни вопросу, ни твёрдости в его голосе, спросила она, внутри продолжая примерять на себя имя Алиша, а внешне пытаясь вылепить из солнечного шара, растекающегося по пальцам, цветущую головку подсолнуха.
- Но ведь вы его жена!? – вспыхнул он.
- Да, – ответила она, вытягивая лучик в форме лепестка. - Но разве жёны знают своих мужей? Пока они не знают даже себя.
- Расскажите о нём, - его голос стал ещё твёрже.
- Это началось в самолёте, — сказала она, вытягивая из светящегося шара очередной лепесток. — И он был очень странный.
- Ваш муж?
- Нет! – рассмеялась она. - Самолёт.
Женщина на секунду провалилась в себя, улыбка скользнула по лёгкой тени, блуждающей в комнате, а потом добавила уже совершенно спокойно:
- С тех пор я не выходила отсюда.

Если бы сейчас луна могла заглянуть в окно комнаты и увидеть лицо мужчины... Оно было...
Но окно запотело от жара Небиса, соприкасающегося с глубоким, ровным дыханием женщины, идущим настолько изнутри, что всё её нутро становилось сплошным воздухом, и луна не смогла бы разглядеть...

- Сколько дней вы не выходили из комнаты? – спросил он.
- Вы хотели сказать – месяцев или лет? - улыбнулась она. – Много.
- Почему?
- Она боялась.
- Кто?
- Квартира.
- Чего она боялась?! – возмутился он.
- Она боялась оставаться одна.
- Кто вам это сказал?
- Она.
- Как?
- Всякий раз, когда я подходила к двери, квартира начинала плакать: либо водой, либо огнём. Чаще - огнём. Конечно, я могла оставить всё, как есть, и уйти. Но в комнате был кот. Он бы сгорел.
- У вас есть кот?
- Да, - сказала она тревожно. - Когда-то у меня была кошка. Белая. Я дала ей совершенно белое имя - Белла. Но пришло время, и её позвала природа. Она так кричала в ответ на этот зов! Я могла бы удержать её, но не стала, отпустила навстречу природе, и белая кошка больше не вернулась.
Потом у меня была крыса. Она тоже была совершенно белая, а глаза, хвост и лапки - розовые.
Мне подарил её маленький мальчик.
Я приехала в детский дом снимать фильм. Мальчик посмотрел в мои глаза и сказал: «Я хочу, чтобы ты была моей мамой». И я посмотрела в его глаза, и захотела стать его мамой. Но большие дяди и тёти в больших кабинетах, где решают судьбу таких детей, запретили мне быть его мамой. Они сказали, что таким женщинам, как я, у которых нет дома и нет мужа, нельзя быть мамами для мальчиков и девочек, у которых нет мамы.
А потом мальчик плакал.
«Я хочу подарить тебе самое дорогое, что у меня есть» — сказал мальчик и протянул мне ручную крысу: «Её зовут Дуся. Кроме неё у меня никого нет. Я хочу, чтобы она была твоей».
И я всё время плакала, когда смотрела на Дусю и вспоминала глаза мальчика.
А потом ко мне в гости зашла маленькая девочка, которая часто плакала, потому что у неё не было друзей, и она попросила: «Отдай мне Дусю. Я буду её мамой». Я отдала ей Дусю, и девочка больше не плакала. И я уже не плакала, глядя на Дусю. «Может быть, когда эта девочка вырастет, она встретит мальчика, который подарил мне Дусю. И у них будут дети, которые никогда не будут плакать», - думала я.
А потом ко мне пришла кошка. Вошла без спроса, и легла на мою кровать. Кошка была серая и невзрачная, бездомная, маленькая и очень голодная. Я хотела налить ей молока, но в моём холодильнике не было ничего, кроме мацони. Там, где я тогда жила, все пили нарзан и мацони. Эта кроха с такой жадностью набросилась на мацони, что получила имя Мацоня.
Взрослея, она жила у меня и спала на моей кровати. Мы вместе умывались, вместе делали маникюр, и я носила её гулять в маленьком плетёном лукошке. А когда она совсем выросла, и природа позвала её, я испугалась, что она уйдёт так же, как ушла Белла. И я начала давать Мацоне таблетки. Есть такие маленькие, круглые, жёлтые таблетки от кошачьей любви, когда кошкам очень хочется любви! Я бы тоже их пила, но для людей не придумали таблетки от любви. Вот так мы и жили без животной любви: я и «дочка» - кошка Мацоня.
А потом мне нужно было уехать. Да! Я должна была уехать. Далеко. Навсегда. И я не знала, куда ехать, и не могла взять Мацоню с собой в никуда. Я отдала её в хорошие, добрые руки, а через время мне сообщили, что Мацоня нашла свою любовь, и я стала «бабушкой».
С тех пор у меня нет домашних животных...

- Но вы говорили, что в этой квартире был кот! – возразил он.
- В ту пору этот кот был у всех.
- Где он сейчас?
- Ушёл, как и положено, в свой срок.
- Куда? – спросил он.
- Туда, куда и положено уходить всем котам. Но перед тем как уйти, он просил меня помочь… А сейчас мне нужно спать. Я должна спать. Он хотел, чтобы я спала. «Ложись спать» - это были последние его слова, сказанные мне голосом.
- Кот? – удивился мужчина.
- Кот? – удивилась она.
- Кот простился с вами словами: «Ложись спать»?
- Отчего кот? Впрочем, да… Тот, кто хотел, чтобы я спала, кот. Он тоже кот…
- Почему он простился с вами именно так?
- Я тогда не спала несколько месяцев. Я уходила. Он хотел остановить меня, но вместо этого всего лишь изменил вектор направления. Я всё-таки ушла. Я уснула, и больше не просыпалась.
- А сейчас?
- И сейчас сплю. Но здесь не хватает воздуха. Мне приходится выныривать, чтобы сделать новый глоток.

Она встала на подоконнике и открыла окно. В комнату хлынуло дыхание ветра, и она подалась навстречу, легко выскальзывая из полноты света в полноту тьмы.
Прежде чем сделать шаг, она обернулась и тихо спросила:
- Вы умеете стрелять?
- Нет, - так же тихо ответил он и добавил: — Обычно я попадаю в молоко.
- В молоко попадают все, у кого есть Адамово яблоко, - улыбнулась она. – Мне нужно спешить. Вы видите термометр? Он висит за окном.
- Да.
- Что показывает Цельсий? – спросила она.
- Красный приближается к сорока.
- Сердцу пора идти в школу. Нужно успеть попасть в Адамово яблоко, пока кровь не закипела.

Её тело стало прозрачным, платье наполнилось ветром, и подол распахнулся, как крылья…
- Постойте! — воскликнул он и тронул её за локоть, пытаясь удержать. — Вы не ответили!
- На что я не успела вам ответить? – спросила она уже почти отсутствующе.
- Сколько дней вы не выходили из комнаты? – повторил он.
- Не подскажете: что сегодня на календаре?
- 6 февраля 2012-го года.
- Благодарю, - ответила она. – Но вы точно уверены, что сейчас февраль?
- Конечно!
- Ваш хронометр остановился. Сейчас - осень. Впрочем, какая разница, что на календаре, если календарь застрял в мае.
- Сколько дней вы не покидали пределов этой квартиры? – настаивал он.
- На тот момент, когда вы вошли сюда, лишь 444 дня. А на сейчас – 695.
- Это невозможно!
- Отчего же? — возразила она, плавно уводя свой локоть из его ладони. — Возможно. Когда нет повода выйти за пределы, все грани и пределы стираются.
- Так долго?
- Это не предел.
- Но ведь вы сами выставляете свои пределы?! – его голос начинал звенеть медным отливом колокола.
- Нет. Пределы невозможно выставить самостоятельно. Во всяком случае, до тех пор, пока не дойдёшь до уровня зашкаливания предела в отсутствии предела.
- Значит, всё-таки, вы сами выставляете свои пределы? – его колокол нарастал всё громче, и ветер выносил голос из комнаты наружу - туда, куда рвалась выйти она.
- Нет.
- Тогда кто же? – метрономом отбивал он.
- Алекс, - ответила она.
- Алекс Юпитер?
- Вы хотели сказать Йуппитэр?
- Ну да, Юпитер.
- Йуппитэр, - повторила она.
- Вы настаиваете?
- Да.
- Кто он?! – бился в ветер колокол его голоса.
- Кто? – спросила она.
- Алекс Юпитер!
- Вы хотели сказать Йуппитэр?
- Да.
- Алекс Йуппитэр, - настойчиво повторила она.
- Я понимаю. Но кто он?
- Алекс Йуппитэр?
- Да. Алекс Йуппитэр! - вскипал он. - Кто он?!
- В каком смысле?
- Вы не скажете?! – в отчаянии бросил он.
- Нет.
- Хорошо. Не говорите.

Он замолчал.
А ветер продолжал нести наружу отчаянную немоту его вопросов…

- Вы действительно хотите знать, что произошло в этом аквариуме? – спросила она, прислушиваясь к ветру.
- Да.
- Тогда я должна войти в вас. А вы - в меня.
- Как?..
- Глазами, - ответила она. – Вам не страшно?
- Нет, - его голос напрягся в струну. - Что я должен сделать?
- Ничего. Просто смотрите в Небис. Он всё сделает сам, - и она положила в его руку светящийся шар.

- Постойте! - он прикоснулся к оконной раме, пытаясь остановить женщину. - Прежде чем… Ответьте. Он вас бросил?
- Кто? – удивилась она.
- Юпитер.
- Юпитер не может никого бросить, - сказала она твёрдо и холодно. - Юпитер - это Небо. А небо - это воздух. Как воздух может бросить кого-то? Ну, разве что подбросит, превратившись в ветер… И ещё…

Она взяла руками его голову за лоб и затылок, аккуратно притянула к себе, и прижалась губами к его уху:
- Чтобы бросить что-то, надо это что-то иметь, - прошептала она едва уловимо. - Я не что-то. И меня никто не имеет. Я - бросаюсь сама.

И она сделала шаг в окно.

Читать дальше: Следующая глава

© Copyright: Александра Барвицкая . Метафизический роман-проекция "Первое Солнце Шестой Воды" - первая книга серии "Женьшеневая Женщина"

Читать дальше: ПЕРЕЙТИ К ОГЛАВЛЕНИЮ

ВНИМАНИЕ! Любая перепечатка текста в интернете запрещена. Роман можно читать в интернете только на сайте a-barvitskaya.ru. При цитировании, указание имени автора, наименование произведения и ссылки на сайт a-barvitskaya.ru обязательны.
15 + 0 -

Добавить комментарий

Тексты Александры Барвицкой открыты для свободного чтения в Онлайн-Библиотеке автора на сайте a-barvitskaya.ru.
С 2021 года печатные книги А. Барвицкой направятся в дар библиотекам России.
Поддержать печать книг для библиотек